Таинство Покаяния (исповедь)

Исповедь (Таинство Покаяния) – это христианское церковное Таинство, в котором верующий христианин, при раскаянии в своих грехах и исповедании их перед священником, получает через него от Бога прощение и разрешение грехов. Покаяние непременно связано с изменением образа жизни в сторону отказа от греховной жизни, блуда и злодеяний.


Таинство Исповеди является одним из основополагающих моментов церковной жизни верующего христианина, потому как оно позволяет очистить душу от тяжести грехов, обновить человеческое естество «банею возрождения» и оправдаться Благодатию Иисуса Христа. Эту истину подкрепляют строки Нового Завета:


«Если исповедуем грехи наши, то Он, будучи верен и праведен, простит нам грехи наши и очистит нас от всякой неправды» (1Ин. 1:9).


«Он спас нас не по делам праведности, которые бы мы сотворили, а по Своей милости, банею возрождения и обновления Святым Духом, Которого излил на нас обильно через Иисуса Христа, Спасителя нашего, чтобы, оправдавшись Его благодатью, мы по упованию соделались наследниками вечной жизни. Слово это верно; и я желаю, чтобы ты подтверждал о сем, дабы уверовавшие в Бога старались быть прилежными к добрым делам: это хорошо и полезно человекам» (Тит. 3:5-8).


Совершителем таинства Исповеди является Сам Господь Бог, а исполнителями таинства – священнослужители Церкви, столь ответственная и важнейшая миссия была заповедана им Самим Спасителем:


«Примите Духа Святаго. Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся» (Ин. 20:22-23).


«И Я говорю тебе: ты — Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее; и дам тебе ключи Царства Небесного: и что свяжешь на земле, то будет связано на небесах, и что разрешишь на земле, то будет разрешено на небесах» (Мф. 16:18,19).


Таинство Исповеди – есть Великий дар Церкви от Господа Бога, в котором через священнослужителей Он Сам - своею Благодатью и Любовью - отпускает грехи людям.
Иными словами, верующий, находясь перед священнослужителем и исповедуя ему свои грехи, получает от Бога прощение и отпущение грехов, а в лице священнослужителя обретает истинного свидетеля этого покаяния, который и заcвидетельствует о нем на Страшном суде.


Чинопоследование исповеди: обычное молитвенное зачало, 50 псалом, тропари, иерейские молитвы и обращение к кающемуся "Се чадо, Христос невидимо стоит, приемля исповедание твое...", затем непосредственно исповедь верующего. По окончании исповеди священник возлагает край епитрахили на голову кающемуся и читает разрешительную молитву. Кающийся целует Евангелие и крест.


Исповедь принято совершать после вечернего богослужения или утром, непосредственно перед божественной литургией, поскольку миряне к причащению допускаются после исповеди.


Исповедоваться всегда нужно полно, не утаивая, не смущаясь и не стыдясь ложным стыдом: «Что обо мне батюшка подумает?» Для батюшки это не новость, он все это слышал сотни раз, и священник всегда радуется вместе со Христом, когда человек кается в своих грехах, и наоборот, чувствует к искренно кающемуся любовь, расположение и большое уважение, потому что иногда нужны мужество и воля, чтобы в своих грехах покаяться.


Грехи нужно называть так, чтобы исповедующий священнослужитель понял, о чем речь, но в излишние подробности, особенно плотских грехов, входить не нужно. Хорошо испытывать совесть заранее и иногда бывает полезным записать всё, потому что человек на исповеди может растеряться, смутиться и что-то забыть.


Важной составляющей таинства является покаяние как перемена ума человека: его искреннее стремление впредь не совершать исповедуемый грех. Более того, состояние покаяния должно быть присуще верующему человеку не только в момент Исповеди, но и в остальное время жизни.


Здесь можно различить, во-первых, покаяние как вхождение (или возвращение) в Церковь от греховной жизни и, во-вторых, покаяние как делание человека уже церковного, то есть нравственное усилие души в борьбе с грехом и в понуждении себя на добро. Само по себе покаяние имеет свой внутренний чин и порядок, его очень хорошо определяет свт. Феофан Затворник. Он пишет, что покаяние — это:


1) осознание своего греха пред Богом;
2) укорение себя в этом грехе с полным исповеданием вины, без перекладывания ответственности на других людей или на обстоятельства;
3) решимость оставить грех, возненавидеть его, не возвращаться к нему, не давать ему места в себе;
4) молитва к Богу о прощении греха, до умирения духа.


Вот такое покаянное движение души должно проходить всякий раз и во всякое время, когда совесть обличает нас в грехе — пусть хоть в самом малом.
Для «мелких» грехов достаточно бывает этого внутреннего покаяния, грехи же существенные требуют уже выноса их на исповедь, потому что сердце не умиряется одним лишь прохождением указанного покаянного внутреннего делания.


Обычно внимательно живущие христиане более или менее свободны от явных греховных дел, и борьба с грехом переносится больше на помыслы, а исповедь, соответственно, больше становится откровением помыслов. Это хорошо для очищения совести и получения благодатной помощи для борьбы с грехом, но здесь кроется и некоторая опасность формализации исповеди, поэтому для окрепших в вере христиан, общее правило такое: принимать участие в таинстве Исповеди следует тогда, когда есть потребность, и исповедовать то, в чем укоряет совесть, будь то дело, слово, мысль или сердечное расположение.


Теперь необходимо понять, что же такое грех в принципе?


Грех есть беззаконие, — определяет ап. Иоанн Богослов (1 Ин. 3, 4), то есть нарушение Закона Господа Бога.


Из Писания мы знаем, что «Царский Закон Иисуса Христа» - это заповеди: «Возлюби Господа Бога всем сердцем и разумением своим, и возлюби ближнего твоего, как самого себя», а строки из Деяния Апостолов, помогают понять, что является ориентирами праведной жизни:


«Ибо угодно Святому Духу и нам не возлагать на вас никакого бремени более, кроме сего необходимого: воздерживаться от идоложертвенного и крови, и удавленины, и блуда, и не делать другим того, чего себе не хотите. Соблюдая сие, хорошо сделаете. Будьте здравы» (Деян. 15:28,29).


Другие прекрасные строки Послания от Иоанна свидетельствуют нам об истине, что Бог есть любовь:


«Кто исповедует, что Иисус есть Сын Божий, в том пребывает Бог, и он в Боге. И мы познали любовь, которую имеет к нам Бог, и уверовали в нее. Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем» (1Ин. 4:15,16).


Таким образом, становится очевидным понятие, что грех – это, главным образом, отпадение от Бога и состояния любви, которое может выражаться как в греховном помысле, так и в совершенном злодеянии.


Грех – это всегда преступление против совести, которая и есть голос Бога в сердце человека.


Однако стоить помнить и тот факт, что существует градация грехов, есть «грех к смерти», а есть «грех не к смерти». К смертным грехам относятся, в числе прочих, два рода грехов — блудные грехи и грехи гордости. Дела блуда всем понятны – это есть преступление против гармонично устроенного института брака, а дела гордости — это, по отношению к Богу, ожесточенное богопротивление, а по отношению к людям — жестокость и немилосердие. Блуд лишает нас нашего человеческого достоинства, нашей целости, а дела гордости решительно отвращают от нас смиренного, милосердного и доброго Бога, как совершенно противоположные Ему.


Сделанный грех нарушает законы бытия – и прежде всего, духовные законы, а,  следовательно, для человека он влечет за собою неизбежную ответственность. Если человек выйдет из окна 15 этажа, то он упадет вниз — таковы законы физического мира, так и в духовной сфере: если человек идет против мироустройства Божия, то он пожинает определенные последствия.


Любой грех, коль скоро он совершён, извращает, меняет в худшую сторону Божий порядок, разлучает человека от Бога в той или иной степени и влечет за собою последствия. Но воистину всякое человеческое несовершенство и немощь превосходит любовь Божия; Господь в Своей Церкви дал нам великое и удивительное Таинство Покаяния, и теперь, если человек осознает свой грех, кается, исповедует его и получает в Церкви разрешение от него, то мало того, что восстанавливается общение между Богом и человеком, душа исцеляется и получает благодатные силы на борьбу с грехом, но и сам грех изглаживается из бытия. В этом объективное действие Таинства Покаяния: грех уничтожается благодатью Божией.


Покаяние часто ассоциируется у нас с наказанием от Бога, и человек начинает себя пугать Богом: вечными муками и адом. Но важно знать истину, что это в корне неправильно: нельзя себя пугать Богом.


Покаяние — это Таинство любви Божией, в нем мы соприкасаемся с ней. Мы называем Бога — Отцом: но кто такой Отец?


Отец дает жизнь, он заботится обо всем, он поит и кормит, он воспитывает, научает и раскрывает таланты человека, вдохновляет его, радуется за него. И наказывает, конечно, когда нужно, но только это не главное в жизни: отцовское наказание ведь не может длиться всегда, оно бывает по необходимости и, выполнив свою роль по вразумлению чада, прекращается.


Все вышеперечисленное — в порядке человеческой жизни, и если таково человеческое отцовство, то тем более Отцовство Бога? Он ведь наш Небесный Отец: мы обращаемся к Нему: Отче наш, — а вовсе не: Наказатель наш.


И покаяние наше, и самоукорение совершается именно перед Отцом Небесным, не вжав голову в плечи, в ожидании ярости и наказания за всякую мелочь, а с сыновним доверием к нашему Отцу и Спасителю, и, можно сказать, Другу, ближе Которого нет.


Он, если и наказывает, то с великою любовью и уж в самых крайних случаях, когда не обойтись без этого. И покаяние — это вернуться именно к Этому вот, Такому Богу, а не пугать себя Им.


Безусловно, каждый верующий должен иметь страх Божий: в любви к Богу нет места фамильярности, развязности, вседозволенности, но страх Божий — это не боязнь надзирателя в тюрьме, это — благоговейное сыновнее духовное чувство, осознание того, кто — Он и кто — я.


Людям ведь дана заповедь — первая! — любви к Богу; но любовь не может быть в приказном порядке, она всегда возникает в ответ на что-то, — и наша любовь к Богу откликается на любовь Бога к нам.


Вспомните евангельскую «притчу притч» о блудном сыне: он и попрал любовь отчую, и ушел, и наблудил, но когда он решил вернуться, из соображений, между прочим, не духовных, а из-за голода, как поступил отец его? Он увидел его издалека и сжалился, и побежал, и обнимал, и целовал, и ни слова упрека не сказал, и почтил честью, и в первую одежду одел, и в дом ввел, и пир устроил — и это только слабые человеческие образы Божией любви (см. Лк., гл. 15). И именно она открывается нам в Таинстве Покаяния, а не боязнь наказания.


Бояться больше всего нужно того, чтобы по собственной воле не оказаться вне Такого вот Благого и Любящего Бога, что, по сути, и есть ад и вечные муки. И тут дело остается только за свободным выбором человека, ведь Господь возвещает всем людям «не хочу смерти грешника, но чтобы грешник обратился от пути своего и жив был» (Иез. 33:11), и Писание нам свидетельствует, как велика и неописуема Его радость хотя бы об одном кающемся грешнике:

 

«Сказываю вам, что так на небесах более радости будет об одном грешнике кающемся, нежели о девяноста девяти праведниках, не имеющих нужды в покаянии» (Лк. 15:7).


Итак, вот каково церковное понимание покаяния: не как самоистязание, но как восстановление связи с Богом, любящим и милосердным Отцом Небесным, которое выражается в совместном деле: от нас — в покаянии, от Бога — в Таинстве любви и радости за создание, вернувшееся к Творцу.

 

Наверх