Русская Голгофа. Соловки (часть 1)

На Соловках хотя бы один раз в жизни должен побывать каждый русский человек. Для того, чтобы соприкоснуться со святостью, до которой здесь подать рукой. Для того, чтобы заглянуть в страшную бездну души человека, в жизни которого нет Бога. По воле Господа здесь, на русской Голгофе, неразлучно сплелись подвижнический подвиг и звериная сущность человека. И что победит, знает только Он. А каждый из нас должен сделать свой личный выбор.

 

Текст: Анастасия Коренькова
Фото: Николай Медин, Андрей Сафонов, Евгений Горин, Ирина Семенова, Анастасия Коренькова

 

Паломническая поездка на Соловецкие острова стала щедрым подарком от Господа для прихожан Свято-Троицкого Измайловского собора. Многие из группы ранее уже бывали там и предвкушали радость встречи с этим святым местом, а для нас, приходской молодежи, Соловки стали удивительным открытием. Для кого-то, может быть, и новым этапом в жизни.

Как известно, ни одно паломничество не обходится без искушений. На нас они лились как из рога изобилия. Во-первых, не у всех получилось поехать. Неожиданные трудности на работе, и за несколько часов до отправления поезда нашей прихожанке пришлось сдавать билет. У двоих наших спутников двери поезда закрылись перед самым носом. Принципиальный проводник отказался нарушать должностную инструкцию и впускать опоздавших. Впрочем, эта ситуация разрешилась благополучно: супруги не растерялись и на такси догнали нас на ближайшей остановке, в Волховстрое. Легковушка все же оказалась быстрее мурманского поезда.Встречали героев аплодисментами.

 

Вечером же одной из наших паломниц приходит СМС-сообщение от знакомых, находящихся на Соловках. Паломники пишут: на Белом море шторм, им не вернуться на материк. Переживаем: доберемся ли и мы? Но рассуждаем так: на все воля Божия. И Господь нам помог – все прошло по намеченному плану, хотя отчасти «насладиться» непогодой пришлось. Шторм хоть и не был сильным, всего один-полтора балла, но «обезоружил» практически всех, кто находился на монастырском катере «Святитель Николай». Не заметил качки, наверное, только наш любимый протодиакон Сергий, который, пропев акафист Николаю Чудотворцу, мирно уснул, устроившись поудобнее на нижней палубе. Успокоилось море только когда, когда мы подошли на нашем катерке к Соловецкому архипелагу. Братья и сестры не дадут слукавить: ступив на землю, путники ощутили большое облегчение.

 


Нас, как соловецких арестантов чуть менее века назад, встречает унылая Кемь.

Раньше здесь находился Кемский пересыльный пункт - Кемьпепункт




Впрочем, не все так однозначно: на этом месте, например, снимали знаменитый фильм «Остров»

Павла Лунгина




Мы загружаем вещи на монастырский катер «Святитель Николай»




Вот такая картинка наблюдалась за бортом по ходу нашего движения по Белому морю

 


Но, что характерно, когда мы приблизились к острову, шторм стих.

Обратите внимание: в углу капитан катера моет палубу

после такой непростой для многих поездки


 

Большой Соловецкий остров

Может быть, кто-то из наших читателей не знает, но Соловки – целый архипелаг, состоящий из нескольких десятков островов. Это Архангельская область, хотя проще всего сюда добираться из карельского города Кемь. Соловки располагаются в 160 км от Полярного круга, поэтому здесь нет полярной ночи и вечной мерзлоты. И, вопреки ошибочным представлениям, здесь не бывает 50-градусных морозов: сказывается относительная близость течения Гольфстрим. Средняя температура февраля минус 10,2 градуса (для сравнения: в Петербурге – минус 6,1 градуса). Но курортным здешний климат тоже не назовешь: летом дуют пронизывающие ветра, много комаров. Зимой очень влажно и темно. Но самые тяжелые времена года, как говорят живущие и работающие здесь, весна и осень. Почему-то межсезонье здесь особенно ненастное. В это время возможно только авиасообщение с материком: водный транспорт не может пройти к архипелагу по капризному Белому морю из-за так называемой шуги, рыхлого снега, представляющего опасность для мореплавания. Наши предки называли Белое море Студеным или Полуночным. Когда пришли к власти большевики, им название «Белое» показалось идеологическим, и они решили море переименовать. Но Красное на нашей планете уже существовало. Поэтому новая власть отыгралась на здешнем Белом озере, которое и до сих пор называется Красным.

 


Самым крупным в архипелаге является Большой Соловецкий остров, на нем и находится Спасо-Преображенский Соловецкий мужской монастырь, в котором сейчас около 50 насельников. Обитель располагается в поселке Соловецкий, в котором живут на сегодняшний день порядка 800 человек. На других островах можно встретить маленькие промысловые поселки на три двора, но в основном там все-таки располагаются одни скиты, где живут только монахи и трудники.

 

 

 


Разместившись в гостинице, мы отправились на трехчасовую экскурсию по монастырю, который, кстати сказать, находился всего в пяти минутах ходьбы. Мы, жители мегаполиса, особо оценили эту возможность жить рядом с храмом. Это тебе не 60 минут на автобусе и метро с Юго-Запада до «Технологического института»! Может, поэтому так тянет сюда жителей крупных городов? Я заметила одну вещь: практически все экскурсоводы, представители паломнической службы, которые сопровождали нас в этой поездке, являлись жителями Москвы и Московской области. Кто-то из них приезжает сюда на лето, а некоторые остаются и на зиму, работая, например, в местной школе. Один из таких трудников рассказал нам, что учится в Литературном институте в Подмосковье на отделении прозы. Что ранее работал с паломниками на Валааме, но решил перебраться на Соловки из-за того, что Валаам превращается в крупный туристический центр, куда съезжаются не только и не столько паломники, сколько любители весело отдохнуть на природе: ночью дискотека на теплоходе, днем посещение монастыря. Алексей, так зовут этого экскурсовода, признался, что не раз приходилось слышать от кого-нибудь из группы: «А где у монахов живут женщины»? На Соловках, поскольку сюда сложнее добраться, все-таки немного другая «публика». Как выразился наш проводник, «люди знают, зачем приехали».

А приехали мы, чтобы напитаться святостью этого места, получить духовную «перезагрузку», духовное подкрепление… И получили с избытком.

 


Никольская башня Кремля




Все здесь поражает своей «гигантоманией»! Все выглядит так... основательно,

как будто строил на века себе жилище исполин




Колокольня - под стать мощным стенам



 



Сейчас невозможно представить себе, как до Соловецких островов в 15 веке добрались монахи. Если и сейчас путешествие по капризному Студеному морю бывает небезопасным, и капитаны иной раз не рискуют выходить на своих баркасах и катерах, то как решались на это новгородские ушкуйники, располагавшие обычными лодчонками? Почему они прибыли в такую даль – по тем временам, считай, конец света? Почему остались, хотя не имели никакой защиты в суровом климате? Эти вопросы возникали в голове постоянно, и ответ находился только один: безусловная вера в помощь Господа. Больше им рассчитывать было не на кого. Земли эти принадлежали такой известной исторической личности, как Марфа Борецкая. И хотя Марфа-посадница здесь никогда не была, отдать острова во владение инокам решилась далеко не сразу. Сначала она просто-напросто прогнала из дома одного из основателей обители, преподобного Зосиму, пришедшего к ней с такой просьбой. Лишь позже, раскаявшись, сменила гнев на милость. А преподобный скорбел. Но не от поступка Марфы: он видел, что ждет боярыню ссылка и принудительный постриг, а ее окружение – смерть от руки великого князя Московского, с которым она враждовала.

Не обрадовались монахам и рыбаки, занимавшиеся здесь промыслом и чувствовавшие себя полными хозяевами. В отместку один рыбак поселился с женой рядом с кельей, где жили преподобные Савватий и Герман. Чем это закончилось, теперь знает каждый обитатель Соловков: однажды, когда иноки вышли из кельи, чтобы покадить водруженный рядом крест, они услышали громкий женский плач и крик. Преподобный Герман поспешил туда, откуда раздавались стоны, и нашел там жену рыбака. В слезах женщина рассказала монаху, что явились к ней два ангела, которые били ее прутьями и вразумляли: остров этот предназначен для иноческой жизни, и мирянам, тем более женщинам, здесь находиться не следует. С тех пор Большой Соловецкий остров превратился в этакое монашеское государство. Женщинам здесь останавливаться запрещалось вплоть до революции. Им надлежало «гостить» на одном из островов архипелага – Большом Заяцком. Забегая вперед, скажу лишь, что по «старой традиции», во времена лагеря на «Зайчиках» располагался штрафной женский изолятор.

Датой основания Соловецкого монастыря считается 1436 год. За эти века Соловки дали миру более 50 подвижников благочестия, среди которых особо почитаются трое: преподобные Савватий, Герман и Зосима, основатели обители. По логике человеческой, строить монастырь нужно было в глубине острова, где его бы защищали от ветров леса. Но тут действовала логика Божественная: когда преподобные отслужили Всенощное Бдение на берегу бухты Благополучия, монах Зосима увидел на востоке необыкновенный свет и прекрасную церковь в воздухе. На этом благословленном Богом месте и стали строить обитель, которая сыграла особую роль в жизни России. Теперь каждый прибывающий на остров уже издалека видит мощные стены крепости и высокие купола. Они же провожают и благословляют путника, уезжающего домой, но оставляющего здесь свое сердце.

Конечно, знаменитый каменный ансамбль, знакомый каждому россиянину (если не по книгам, так хотя бы по 500-рублевой купюре , появился уже не при отцах-основателях, а более чем через сто лет. До этого были деревянные постройки, которые не раз горели. В 16 веке храмы, монашеские кельи и хозяйственные постройки окружили мощные стены с циклопической, огромной кладкой, превратившие обитель в неприступную крепость. Символично, что монастырский комплекс формой напоминает корабль. Все очевидно: и напоминание, что край этот поморский, и что Церковь – единственный ковчег спасения, который может привести человека в Царствие Божие.

Как и сто, двести лет назад, мы вошли на территорию Спасо-Преображенского монастыря через Святые врата, над которыми находится образ Спаса Нерукотворного. Икона не древняя – как и многое здесь, подлинник был утрачен в годы безбожия. Скажу сразу, что монастырский комплекс, как и все практически скиты, находится в процессе восстановления. И хотя работы начались около 20 лет назад, когда Церковь вернулась на это святое место, процесс идет по-северному не быстро. Как говорится, ломать – не строить.

 


Интересная особенность северного монастыря: храмы соединены между собой крытыми галереями,

чтобы иноки после службы могли не выходить в ветреную погоду на улицу




Уютный монастырский двор




Святые ворота




Благословляющий всех Спаситель

 

 


Отец Сергий вернулся в любимую обитель

Главным украшением монастырского комплекса является высокий белокаменный Спасо-Преображенский собор. Величественный, прекрасный храм, от вида которого захватывает дух. Сейчас даже не верится, что в годы лагеря это был главный барак, в котором стояли нары в несколько ярусов и обитало несколько сотен заключенных – от самых обычных уголовников до дворян и священников. Храм этот летний, и Всенощное Бдение, а также Божественную Литургию во время нашего пребывания на Соловках служили именно здесь.

 


Вид на бухту Благополучия



 

 


Страшно видеть такое. В монастырском музее сохранилась сгоревшая в Успенской церкви утварь.

Большевики подожгли храм, когда разворовали его



 


Сейчас эти пушки, конечно, не нужны .Но еще пару веков назад монастырь был важным форпостом на севере страны.

И, кстати, эту мощную укрепленную крепость так ни разу никому не удалось взять - ни шведам, ни англичанам...




Знакомимся с историей обители 

 

Кстати, строительство Спасо-Преображенского собора связано с именем святителя Филиппа, митрополита Московского, который в течение 18 лет был здесь настоятелем. Даже если кто-то не помнит его житие, наверняка смотрел известный фильм Павла Лунгина «Царь», где ярко и правдоподобно показана драматичная история взаимоотношений главы Русской Православной Церкви и царя Ивана Грозного. Вообще, митрополит Филипп (Колычев) – особая веха в истории Соловков. Этого умнейшего человека называли русским Леонардо да Винчи: по сути, именно при святителе монастырь приобрел свой современный облик. Перечислю лишь несколько «проектов» игумена: было увеличено количество соляных варниц на морском берегу (монахи продавали соль), построен кирпичный завод, проводились дороги, было проведено лесоустройство с тем, чтобы беспорядочные рубки не истощали лес. Множество озер острова (а их здесь 52) были соединены каналами и сведены к монастырю, у восточной стены которого игумен Филипп благословил копать большое озеро, ныне называемое Святым. За счет системы каналов монастырь был не только обеспечен запасом питьевой воды, но и стены его получили дополнительную защиту с восточной стороны. В самом монастыре игумен благословил построить двух- и трехэтажные корпуса для братских келий.

 

 


Сейчас фасад Спасо-Преображенского собора находится в процессе реставрации




Но внутри изумительно. Яркие краски икон, стройный соловецкий распев,

прохлада каменного храма - как это можно забыть?




А кому-то из наших паломников этот собор запомнится и абсолютно темным и пустым,

когда не горят даже лампады, и невозможно различить лица исповедующего тебя священника.

Принести покаяние не поздно даже в полночь





Параллельно святитель Филипп начал строительство двух соборов: в честь Успения Пресвятой Богородицы и Спасо-Преображенский. Постройку второго многие даже сочли дерзостью, так как средств не хватало. Но, как говорится, Бог не любит боязливых – по молитвам игумена все осуществилось. А святитель Филипп оставил о себе такую память на века. И покинул обитель навсегда, взойдя на митрополичью кафедру, вступив на свой крестный путь. Как вы помните, глава Русской Церкви публично осудил злодеяния Ивана Грозного, был заточен в темницу и задушен Малютой Скуратовым. Ныне в монастыре пребывает честная глава святителя Филиппа – ей можно поклониться, как и мощам преподобных Савватия, Германа и Зосимы.

***
От истории – немного к современности. Как я уже упоминала, сегодня монастырь окружает поселок. Его жители – не столько поморы, сколько приезжие со всего Союза: наследники времен лагеря, а потом и учебной базы Северного флота, промысловики. Жизнь на ограниченном пространстве, где несколько месяцев в году нет связи с большой землей и негде работать, накладывает, увы, свой отпечаток. В продуктовом магазине мы стали свидетелями примерно такого диалога покупательницы и продавщицы:

– Маш, дай мне «Балтику»-«двоечку».

– А че так слабенько, «двоечку»?

– Так сегодня ж рабочий день, – ответила покупательница, принимая из рук знакомой четыре бутылки пива.

Но это все-таки одна сторона Соловецкого житья-бытья. Обычный турист лишь брезгливо отвернется, но мы-то знаем: в 500 метрах от ларька несут свое служение такие люди, как духовник обители игумен Герман (Чеботарь). К старцу на исповедь – самая большая очередь, но он терпеливо, не торопясь выслушивает каждого, и исповедь эта в субботний вечер длится до часу ночи. Именно во столько покинули храм в тот незабываемый день 27 июля (точнее, уже 28) последние паломники-петербуржцы…

Продолжение следует…


Несколько снимков из серии «Первый вечер на Соловках»:


 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Наверх